МиленаЛибушеРостислав
- самые активные -
- лучший пост -
Гордая принцесса стояла на помосте с гордо поднятой головой и смотрела на эту толпу, что смотрела на неё, словно она была породистой лошадью. Не то, чтобы она не понимала их, но никогда не думала, что будет на этом самом месте. Здесь она должна была быть в качестве покупателя, но вот теперь все иначе. И она ждет, что один из обладателей этого похотливого взгляда, что сально скользил по её телу. И от этого комок тошноты подкатывал к её горлу и она знала, что рано или поздно не выдержит. Именно в этот момент она услышала красивый женский голос, который привлек к себе внимание. Её взгляд неотрывно смотрел на двух женщин, что стояле в толпе. На ту, что предлагала такие деньги за жалкую рабыню и страх подкатывал к ней. Она чувствовала, как слабеют ноги... [продолжить читать]
- лучшие постописцы -
- лучший эпизод -
- лучший тандем -
- нужные персонажи -
- очередность постов -
Сюжет
q.5: Рената
q.6: Стефания
Настоящее
p.16: Яна
p.17: Ростислав
p.18: Серена
p.19: Павлина
p.20: Ростислав
p.21: Уэсли
p.22: Брендон
p.23: Фредерика
p.24: Стефания
p.25: Яна
p.26: Сандра
p.27: Павлина
p.28: Яна
p.29: Илона
p.30: Антуанетт
p.31: Беренис
p.32: Либуше
p.33: Милена
p.34: Элейна
p.35: Элейна
p.36: Адела
p.37: Богуслав
p.38: Блейз
p.39: Ронг
p.40: Эдуардо
p.41: Валери
p.42: Серена
p.43: Валери
p.44: Богуслав
p.45: Ричард
p.46: Брент
p.47: Кармила
p.48: Изабель
p.49: Изабель
p.50: Майя
p.51: Моника
p.52: Ирена
p.53: Сакнайт
p.54: Яна
p.55: София
p.56: Либуше
Прошлое
f.4: Рената
f.6: Карла
f.8: Эрик
f.10: Либуше
f.11: Деянира
f.12: Яна
f.13: Анна
f.14: Деянира
f.15: Деянира
f.16: Анна
f.18: Элисон
f.19: Либуше
f.20: Артемис
f.21: Игрид
f.22: Ирма
f.23: Ирма
f.24: Деянира
Альтернатива
a.3: Уэсли
Вверх Вниз

highway to hell

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » highway to hell » партнерство » WANDERLUST


WANDERLUST

Сообщений 41 страница 46 из 46

1


Фэнтези | Авторская мистика | Легенды
http://forumfiles.ru/files/0018/4b/99/87817.png
Акции | Сюжет | F.A.Q.

0

41


http://s7.uploads.ru/QejTR.gif http://s3.uploads.ru/s8Kml.gif
Cate Blanchett

► Имя Фамилия: Изабелла Лион (Isabella Lyon)
► Возраст: 46 лет
►Трудоустройство: глава Дал Риады, член парламента

► Вид: человек
► Легенда: против существ

► Способности

сверхъестественная способность добиваться своего – от кого угодно, любыми методами, всегда

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Сейчас многие пытаются понять, что было за спиной у Изабеллы Лион до 2011 года. Её прошлое не скрыто ничем, кроме зубодробительной скуки стандартной жизни современного политика: рождение в богатой семье, учёба сначала в престижной частной школе, потом в университете, практика, постепенный и неумолимый подъем по карьерной лестнице к самым верхам. Спросите у неё – и она без колебаний расскажет какую-нибудь очаровательную историю о детских годах, вспомнит имя своей первой лошади, поделится невинным анекдотом из начала своего политического пути. Вряд ли это вам о чём-то скажет, кроме того, что, кажется, вы абсолютно и бесповоротно влюблены и больше не хотите досаждать этой женщине своими глупыми вопросами. Попробуйте потом забыть, как звали эту её лошадь – не сможете ведь.
Хотите знать больше? Посмотрите какое-нибудь интервью с ней, где она вспоминает, как впервые узнала о существах и охотниках, вслушайтесь в её смех, когда она произносит «И я такая: вампиры? Вы, ребята, серьёзно? А, понимаете, они выглядели очень серьёзно!», и попытайтесь не засмеяться в ответ, точно так же, как загипнотизированный её взглядом интервьюер. Попробуйте не закивать, слушая её умные, спокойные и крайне убедительные рассуждения о существах, об их месте в настоящем, о необходимости контроля и порядка. Полюбуйтесь, какой гордостью она сияет на хрониках всё того же 2011 года, когда перерезает красную ленточку у входа в генеральный штаб Дал Риады. Почитайте выдержки из её речи насчёт политического курса относительно Легенд, выслушайте её аргументы в пользу самых спорных положений Билля и попробуйте найти в стройной логической цепочке хоть одно слабое звено – не найдёте.
И если вы уже погрузились в безотчётную любовь к великолепнейшей Изабелле Лион – вступайте в Дал Риаду. Иногда тут можно её увидеть, проходящую по коридорам в окружении взволнованного начальства, источающую уверенность и тепло. Возможно, она спонтанно заглянет к вам, трудягам-охотникам, скажет пару ласковых слов, помашет узкой ладонью на прощание. Попытайтесь не помереть на следующей же миссии: очень трудно помнить о том, как опасны Легенды, когда тебя благословила на войну сама Богиня.
Хотите знать её настоящую? Сделайте у нас головокружительную карьеру – и сообщите ей как-нибудь без посторонних какую-нибудь плохую новость.
А, впрочем, вы точно хотите знать её настоящую?
Что ж, тогда приготовьтесь к уникальной возможности окунуться в доселе неизведанные глубины вашего мазохизма. Вы под её каблуком. Вы будете делать то, что она захочет, так, как она захочет. И вы пойдёте и превратите все эти плохие новости в самые потрясающие новости на свете. Смерть для вас – это слишком просто. Смерть ждёт существ и расходный материал в лице охотников, а вот вы – вы будете жить и работать, и вкалывать ради её улыбки. Вы положите жизнь, чтобы больше не видеть её настоящую – но вряд ли когда-нибудь сможете до конца обмануться её расслабленным видом «просто человека».
Есть ещё один способ узнать её настоящую – перейти ей дорогу. Настоятельно его не рекомендуем.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Сказать, что я жду эту прекрасную женщину – это ничего не сказать. Нам тут в Дал Риаде не помешает твёрдая женская рука. Тем более в городе нехватка смертных, особенно дам, особенно у власти.
Имя, возраст и детали из прошлого можно менять, внешность и вид – нет. Ну и игрок волен сам выбирать, чем именно в политике заниматься и что именно делать с существами: искренне их ненавидеть и целенаправленно истреблять или намеренно ухудшать их статус в обществе ради своих целей. То же насчёт человеческих способностей – решайте сами, насколько она способна постоять за себя без телохранителей. В любом случае, главное её оружие – это бесконечное обаяние. Вы видели её улыбку? Купились? Поздравляю, вы в её власти, полностью, с потрохами. Теперь вы умрёте и убьёте за неё. Не купились? Лучше делайте, что она хочет, пока она улыбается, потому что в тот момент, когда стает последнее ласковое тепло в её глазах, вы увидите холод, и сталь, и силу.
Я жду очень серьёзную целеустремлённую даму и ожидаю от игрока серьёзного подхода к персонажу и планам на игру. Как-никак, глава одной из основных организаций, разрывающих наш Эдинбург; придётся активно войти в общий сюжет. В свою очередь готов в лепёшку расшибиться и расшибить в неё же Маму, могу расшибить заодно коллег, буду всячески помогать и играть что угодно в любых количествах. По любым вопросам пишите в ЛС или гостевую – буду рад всё обсудить и оказать полное содействие.

бонусные гифки

http://sg.uploads.ru/tKAV3.gif http://sd.uploads.ru/VhNRd.gif

http://s7.uploads.ru/Dm0k5.gif

Ну и вся суть Дал Риады:

http://s9.uploads.ru/9Ssui.gif

пример поста

Сначала невидимка был почти безобидным. В среде охотников то и дело всплывали истории про заснятые на камеры в супермаркете перемещающиеся продукты, исчезающий на глазах изумлённого продавца хот-дог и прочие невинные шалости. Даже ни один ювелирный не обнёс и никакой знаменитости на красной дорожке юбку не задрал.
Тратить на такую мелочь время, когда в Эдинбурге и так слишком много проблем и слишком мало охотников, не хотелось никому, даже самым активным противникам существ. Пусть себе развлекается. Можно подумать, если бы им досталась с рождения возможность исчезать, они бы ей не пользовались. Пользовались бы, и ещё как.
Но потом характер его действий изменился, и Фрэнк напрягся. Целый месяц он выуживал в ежедневно пополняемом городском фольклоре истории про невидимую сущность, которая ведёт себя агрессивно: толкает людей, отнимает вещи, пинает нападающих на неё собак. И которая при этом начинает проявлять до этого не выделявший её интерес к сексуальной сфере: пошли истории про невидимые домогательства, всё более и более откровенные, про нарушенный покой парочек, стремящихся уединиться где-нибудь на природе. Всё это не сулило ничего хорошего.
Опыт подсказывал, что существо, раз почувствовав себя безнаказанным, останавливаться не будет, и тут Мама был прав. Благо, невидимка не был особо умён и скрытен – или попросту не знал о том, что кое-кого в этом городе его выходки могут заинтересовать – и вычислить, где он приблизительно обитает, по каким районам ходит и в каких местах в какое время появляется, было не слишком сложно.
Сперва Фрэнк пришёл в полюбившийся существу ночной парк с миром. Мол, окей, пошалил и хватит. Кажется, у кого-то наступил период полового созревания; давай, парень, девушка, кто ты там, выходи, не стесняйся. Нам есть что обсудить, будет познавательно, про существ там, про охотников, про пестики и тычинки. Мама ругать не будет.
Вместо ответа он получил лезвием по горлу. Неглубоко, нападавший явно не знал, как бить, но сомнений в его намерениях не осталось, когда он кинулся снова, беспорядочно пытаясь наносить удары. Защититься от него получилось, схватить – нет. Очередной урок по теме «не доверяй этим уродским существам и не ходи на переговоры без динамита».
Фрэнк почти смог его поймать на месте следующего преступления: обозлённый невидимка решил, что недостаточно попытки убить человека, нужна ещё и попытка изнасилования. Благо, Мама успел появиться в тёмной подворотне вовремя, и вновь сумел отбить до смерти перепуганную девушку, но не смог поймать насильника, который, уже наученный прошлым опытом, сразу дал стрекача.
Девушка сначала плакала и сжимала ноги с порванными колготками, потом грела руки о стакан грога в ближайшем баре, а потом разомлела в объятиях не скупящегося на утешения Мамы и вскоре согласилась стать приманкой в готовящейся ловушке.
Расчёт был точным: преступников привлекают места преступлений и неудавшиеся жертвы. Привычное место – парк Розен Паблик, непривычное время – день. Невидимка любил гулять там не только по ночам, но в светлое время суток держался сдержанно. Мортон надеялся, что его, резко ставшего куда более осторожным, выстроенная ситуация сделает неаккуратным и позволит заманить в сложную систему растяжек.
В итоге всё уже в третий раз прошло вроде и неплохо, но неудачно. Локальные взрывы сработали – Мама впервые услышал вопль этой твари – но только задели его, вовремя отскочившего в безопасную зону. В этот раз Фрэнк бросился вдогонку: ориентироваться было несложно, когда то и дело среди гуляющих раздавались крики упавших, да и иногда попадающиеся пятна крови показывали, что он на верном пути. Эх, был бы тут его знакомый охотник с собакой – вмиг бы скрутили сволочь. Вот поэтому и надо уже создавать общество охотников, чтоб можно было привлекать к одному делу людей с разными талантами и тактиками – пора бы уже, пора…
Сперва казавшейся откровенно плохой идея невидимки убегать через скопления людей, вскоре была осознана как гениальная. Мама не мог подорвать его, даже точно зная его местоположение, не задев простых граждан. И тот, пробиваясь через какую-то очередь, наконец, добрался до своей цели – и исчез в громадине стадиона Мюррейфилда.
Что за невыносимый гандонище.
В этот раз Мортон не мог его упустить. Эта тварь опасна, разозлена и очевидно является психопатом, которому человека порезать ничего не стоит. И вся эта прелесть – на забитом доверху многотысячном стадионе, куда ещё нужно проникнуть; а Фрэнк невидимкой не был.
Благо, досмотр и проверку билетов в этот момент проходила разноцветная группа французских болельщиков, слишком шумных, выводящих из себя персонал и, разумеется, говорящих исключительно на своём языке. К ним и присоединился Мама, быстро стянувший с кого-то шляпу в цветах их – чего, клуба? Он не знал даже, что за мероприятие тут сегодня проходит и почему вокруг так много людей. Главное нужно было умело орудовать локтями, улыбаться, создавать ещё больше шума и суматохи, да сбросить в кусты сумку – вряд ли с гранатами удастся пройти металлодетектор, ну да у него и другая взрывчатка есть во внутренних карманах. Немного ловкости и манёвров – и он внутри.
Фрэнк выбежал по нижнему проходу к самому полю, озираясь и чувствуя истинный ужас. Огромное пространство. Невероятное количество людей. Давай, ищи невидимую иголку в стоге сена.
Благо, очень дурную раненную иголку: недалеко от него на проходе попадало несколько людей. Фрэнк бросился вперёд, чтобы уже в – какой по счёту? – в, блядь, последний раз успеть только мазнуть пальцами по невидимому плечу. И сбить какого-то мужика с ног, так, что тот развалился на ступенях, выпустив из рук пакет с орешками.

0

42


https://i.imgur.com/AZzhRoX.gif
Jon Hamm

► Имя Фамилия: Colin McGermitt | Колин МакГермитт (можно менять спокойно)
► Возраст: 38-42
►Трудоустройство: 6 лет назад был пожарным, сейчас - на ваше усмотрение.

► Вид: существо (пробудился недавно)
► Легенда: Минотавр

► Способности

Легендарная форма полубыка, сверхчеловеческая сила и выносливость, умение находить людей по запаху & etc.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Если в двух словах, то ты - мудак, а карма - барышня мстительная. В своё время именно ты стал тем, кто разрушил мою жизнь до основания, настроив всех и каждого в Пожарном департаменте против меня. Моя легендарная суть не давала тебе покоя, хотя именно благодаря ей ты ещё дышишь. Уволившись в августе 2011 из департамента, я не видела тебя почти 6 лет и что же я узнаю при встрече? Ты оказался таким же, как я (с поправкой на мудачизм). Ты - легенда, и теперь ты пожинаешь плоды собственной ненависти. Как давно тебя изводят в коллективе? Ты ещё держишься за эту работу или уже подыскиваешь другое местечко? Как тебе наслоение личностного кризиса на кризис среднего возраста? Бес ребро не бодает, рога не больно режутся?
Привыкай.
Мы сталкиваемся на моей работе. Я от лица "Освобождения Существ" выезжаю на вызов о том, что существу нужна помощь.
Каково это - быть мне дважды обязанным жизнью, а?
Тебе нужна моя помощь, а я не могу отказать себе в удовольствии поизводить тебя в наказание за всё то дерьмо, что ты мне сделал.
Прощение надо заслужить.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Выдержка из моей анкеты:

В какой-то момент она заметила, что её напарника нет рядом. Отправившись на его поиски, она обнаружила, что он застрял в обвале частей моста.
Марта видела подобные ситуации не единожды, но в тот момент она почувствовала, как кровь стучит в висках и учащается пульс – она должна была спасти его. Пара секунд – и она голыми руками разобрала завал. Завал, который весил в три раза больше неё самой.
Она могла не думать об этом, пока тащила напарника к медикам.
Могла игнорировать эту мысль на следующий день. И ещё через день.
Но когда каминг-аут существ приобрёл официальный статус, когда правительство выпустило Билль, осознание накрыло её. И, к сожалению, не только её.
Она была существом и теперь она уже даже могла сказать, кем именно. Времени на личностный кризис не было, потому её мир внезапно поделился на мудаков с мудаками. Коллега, которого она спасла, стал испытывать к ней отвращение, близкое к ненависти, стоило ему догадаться, что она не человек.

В моей голове это очень эмоциональные американские горки: от точки обоюдного доверия к точке взаимной ненависти и неприязни (по сути Колин - Иуда в этой истории). Каковы были её мотивы у Колина - решать вам. Сейчас между Колином и Мартой - пепелище. Им остаётся или построить на нём что-то новое, или сравнять всё с землёй.
В любом случае, заявка не обязывает вас быть привязанным ко мне, не требует подписываться ко мне в потенциальную пару и прочее. Здесь возможен любой разгон, от frenemies до состояния lovehate - как мы сами захотим. Вы приходите, а игрой, комфортом и атмосферой я вас в любом случае обеспечу :з
Все контакты есть в шапке гостевой.

пример поста

What the hell did I do last night?
I don’t know where I am and don’t feel right
The lights are out and the coast is clear
Oh man, I gotta get outta here.

Марта основательно подготовилась к тому, чтобы отметить своё увольнение из пожарного департамента. Она закатила вечеринку с лучшей подругой (собой, разумеется, так как ввиду последних событий оказалось, что друзей у неё не густо) в любимом баре, где наливали щедро, вежливо и дёшево. Оставила телефон дома, чтобы ни в коем случае не названивать бывшим (в том числе коллегам). Подняла первый тост за то, чтобы у всех мудаков херы поотсыхали. Впрочем, второй тоже. И третий. И… В общем, тостов явно оказалось то ли слишком много для того количества мудаков и херов, которых Марта знала лично, то ли слишком мало, чтобы искоренить вселенскую несправедливость, но в какой-то момент в стаю мудаков переметнулся и бармен, отказавшись подливать ей.
Даже после того, как она сломала стол.
Ладно, после сломанного стола он чуток подобрел и стал меньшим мудаком, согласившись не вызывать копов, если Марта сейчас же уберётся домой.
Заиметь проблемы с ещё одним ведомством, даже в своей пьяной ипостаси, Марта не горела желанием. Она только-только осознала себя существом, её ID непривычно утяжелял карман джинсов, внимания властей она точно не хотела.
Боженька не уберёг её от жизни в эпоху перемен, теперь вот хоть ты не кути и не буянь без оглядки на собственное пернатое «Я».
Марта скучающим взглядом обводит пустующую дорогу – ни такси, ни попутки, одно большое жирное ни-ху-я – дешёвое бухло только в глуши, с этим она готова была мириться в начале вечера, но не в его конце.
В конце ей хотелось домой – в тесную съёмную комнатушку, желательно, чтобы никто из соседей не спиздил её нычку мороженого, а по телеку шёл какой-нибудь «Завтрак у Тиффани». Но этим и не пахло.
Пахло долгим и зябким ожиданием такси, которое вряд ли сунется в этот район, если только к горлу водителя не приставить нож.
Пошатываясь, Марта направилась в сторону парка. Скрывшись за зеленью кустов, она глубоко вздохнула. Дело пары минут – обернуться, долететь домой, залезть в комнату через окно, избежав неловких объяснений с соседями. Отличный план, как охуенно, что она у себя такая умная.
Когтистая птичья лапа даже пропуск прихватила – ценой разодранной одежды, правда (словно в небе есть свои постовые, которые её тормознут и попросят предъявить документики).
Как оказалось, пилот она в пьяном состоянии ни к чёрту. Её постоянно заносило, воздушный поток то и дело пытался кинуть её грудью на верхушки деревьев, но Марта в последний момент умудрялась увернуться.
В один из таких манёвров прямо за деревьями возник… дом.
Хороший такой, двухэтажный и добротный. Неясно, правда, какого хрена оказавшийся в этом лесочке, но от этого не менее хороший.
Жаль только, что так близко. И низко. И крушение через 5… 4… 3…
Приземление на балкон не вышло мягким. Марта ударилась крылом о перила, но умудрилась затормозить с помощью когтей. Царапины на красивом полу балкона кого угодно заставили бы схватиться за голову.
Примерно как Марта схватилась – неожиданно для себя руками.
Чудесная звёздная ночь для того, чтобы застрять на чужом балконе голой. Дрожащей рукой Марта подняла с пола свой ID. Боже храни Королеву, теперь она сможет прикрыть или срамное место или один сосок.

0

43

https://a.radikal.ru/a00/1807/61/816c078b0972.gif

https://c.radikal.ru/c05/1807/d5/0588ff23262e.gif


Lily Collins

► Имя Фамилия: Ассоль Лэттпир | Assol Lattpear
► Возраст: 314 лет, на вид 25-26
►Трудоустройство: по желанию, состоит в рядах Нации Легенд

► Вид: Существо
► Легенда: Сумеречный эльф

► Способности

1. Видит страшные, только плохие картины будущего любого человека/существа. Видения приходят внезапно, в любое время. Могут возникнуть как при касании, так и значительное время после (во сне, случайно посреди дня/вечера/утра)
2. Если дотронется ладонью до грудной клетки человека/существа, может вызвать у него болезнь.
3. Может проецировать на людей негативную энергию и заставлять их чувствовать себя неуютно.
Из слабостей:
1. Не способна предотвратить свои видения (По крайней мере, Ассоль до сегодняшнего дня сделать это ни разу не удавалось. Все попытки предотвращения приводили как раз таки к тому исходу, который она увидела в предсказании)

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲


Тебе так же, как и мне /не/посчастливилось родиться в ненавистной для нас обоих семье Лэттпир. Лэттпиры не оправдали наших ожиданий, как и мы не оправдали надежд родителей. Ты росла старшей дочкой, старше меня на каких-то несколько секунд, в обеспеченной семье, которая была очень верна своим убеждениям.
В детстве мы любили фантазировать и придумывать легенды, что очень не нравилось нашим родителям.  «Человек – венец творения», «ни один вид не может стать выше человека», «нет существа могущественнее человека», «все остальные виды созданы только для того, чтобы улучшать его жизнь и быть потребляемым продуктом или вещью» - вот, что тебе /нам/ говорили родители за завтраком, обедом и ужином. Ты, как и я, должна была запомнить эти фразы, выжечь их в своей голове, чтобы потом сделать тоже самое со своими детьми и с детьми своих детей.
Ты всегда была примером для меня, моей сестрой, готовой всегда утешить, помочь и защитить. Я не чаяла в тебе души так же, как и ты не чаяла во мне. Мы были неразлучны, чувствовали друг друга ментально, понимали с полуслова.
На тебя возлагали надежды, для тебя уже строили великие планы, тебя с каждым днем в нашей семье уважали все больше, до тех пор, пока легенда, спящая в тебе, не пробудилась в 1719 году. Сначала, никто не мог понять, что с тобой происходит, ты буровила какую-то несвязную чушь про то, что семья соседей не только перестанет жить рядом с нами, но и вообще перестанет жить. Твердила, что сначала умрет сын, затем его дочка и мать, а после и глава семьи. Серьезные взгляды отца тебя не останавливали, как и не останавливал его кожаный тугой ремень. Ничто не могло тебя остановить, это длилось неделю, пока одним вечером ты не пришла в гостиную с мертвенно бледным лицом, не шевелящимися губами и практически полностью белесыми зрачками. В этот же момент с улицы послышались крики и выстрелы – наш сосед, напившийся в усмерть перестрелял всю семью, а затем, последним выстрелом, убил себя. Все произошло так, как ты и говорила, Ассоль – сын, дочь, мать, глава семьи. Слова, срывавшиеся с твоих губ всю неделю, ожили. Тогда-то ты и стала первым изгоем в семье.
Наши родители не могли поверить, что их дочь – жалкое подобие человека, не годное ни на что. Тебя пороли, пытались выбить из тебя эту дурь, приводили священников, пока ты не начала предупреждать их об опасностях, грозящих им, и они попросту перестали приходить в наш дом из страха.
Мне было больно смотреть на это, но меня не подпускали к тебе ни на шаг, а после уже было и не нужно – одной из темных, как графит, ночей, ты сбежала, покинула и забыла свой отчий дом, оставила меня одну среди чудовищ, которых мы называли родителями. Уже взрослой, я часто думала о том, увидела ли ты в своих видениях, что во мне тоже спала легенда? Увидела ли то, что происходило со мной, когда о моей сущности узнали родители? Увидела ли то, в какое чудовище я превратилась, ставя опыты не только на людях, но и на «своих»?
Раньше я любила тебя, но после того, как ты ушла, я возненавидела тебя всей душой. Возможно, потому что мне было обидно, возможно, потому что я винила тебя в том, что так долго была в плену у собственных родителей, ведь вместе мы могли бы справиться с ними гораздо быстрее и проще. Смогли бы справиться со всем и не стать теми, кем мы являемся сейчас – озлобленными на себя и на весь человеческий род, повзрослевшими, но все равно в глубине души маленькими обиженными и раненными девчонками.
Я не видела тебя с той самой ночи, не чувствовала твоего присутствия, как это было раньше и ничего о тебе не слышала, пока уже в 2017 году мы не встретились взглядами около Центра Исследования Существ в Эдинбурге.  Я выходила из дверей центра, когда вы на свой страх и риск организовали протестную акцию прямо напротив нашего здания. Ты узнала меня и не могла поверить в то, что я работаю на благо человечества, как и завещали горячо нелюбимые родители. А я узнала тебя и не могла поверить, что у тебя хватило наглости вторгнуться на мою территорию после того, как ты бросила меня и разорвала связь почти на 300 лет.
***
Что происходило с Ассоль в этот период, чем она занималась, куда убежала – вы вольны придумывать сами, однако все же вставлю важную рамку – ее жизнь не должна была стать сказочной. Ее обязательно должны взять в плен люди, заставлять использовать ее способности ради выгоды, заставлять делать жуткие вещи, чтобы она обозлилась на человеческий род, сбежала и, переехав в Эдинбург, вступила в Нации Легенд.
Позже, Ассоль поймет для себя, что не хочет/не может/боится причинять кому то боль, приносить смерть, но выйти из Нации уже не сможет. 

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Я вижу Ассоль живой, хочу, чтобы и Вы увидели и прочувствовали ее. Хочу отыграть, как заново развиваются отношения сестер-двойняшек, как они ссорятся, обижаются, ненавидят друг друга по началу, но в случае опасности все равно, на каком-то подсознательном уровне готовы броситься и защищать друг друга грудью.
Так же, нужно понимать напряженность ситуации – Ассоль состоит в Нации Легенд, Эйлин работает ученым в Центре Изучения Существ. Их родство может вызвать вопросы и неодобрения как со стороны НЛ, так и со стороны ЦИС – на первый взгляд две сестренки на разных сторонах баррикады.
Обещаю много игры, гифок и моей лихой любви
Связь в гостевой или лс, потом дам все что угодно: аську, телеграмм, скайп, вк, помогу и настрою с:

МУР<3

https://c.radikal.ru/c08/1807/29/9e1e0596e02e.gif

https://c.radikal.ru/c37/1807/98/5616984e0caa.gif

https://a.radikal.ru/a11/1807/de/32021429bfe9.gif

https://c.radikal.ru/c33/1807/8d/be098e9fbc85.gif

https://d.radikal.ru/d01/1807/6c/f196fec4670d.gif

https://c.radikal.ru/c41/1807/0b/8f7741c232c1.gif

https://d.radikal.ru/d41/1807/6c/d79e0d50c10c.gif

пример поста

За окном завывает ветер, кружа снежинки в диком тревожном танце. Комната, ранее имеющая успокаивающую атмосферу, сейчас словно пропитана электричеством и готова в любой момент выпустить пару молний.

- Понимаете, доктор… – он нервно теребит край пиджака, смотря на мой бейджик.

- Лэттпир. – мягко подкидываю ему нужную информацию, чтобы не сбить с мысли.

- Да...Да, верно, доктор Лэттпир, - он прочищает горло и опускает взгляд. – Я уже много лет не чувствовал, что боюсь чего-то. Я думал, что поборол свой страх, который мешал мне жить, но сейчас, пару месяцев назад он вновь вернулся, я как будто вновь подросток, трясущийся в темноте.

- Не могли бы вы подробнее рассказать мне о своем страхе? - Я перекладываю одну ногу на другую и поправляю выбившийся локон волос. – Что именно Вас пугает, знаете ли Вы, откуда взялся этот страх или же он всегда был с Вами, существовал на подсознании? – говорю давно изученные фразы.
За много лет практики, я привыкла к тому, что большинство посетителей имеют схожие проблемы, ничуть не интересные и в основном те, которые они сами себе выдумали.

- Я не знаю, как объяснить, доктор…Я не помню, чтобы когда-то боялся всех этих медицинских приспособлений, точнее, не помнил. – он поднимает на меня пронзительный ясный взгляд, разглядывая, как вещь из прошлого, которую ему удалось найти. – Я недавно посещал стоматолога и когда он взял в руки пинцет, в моей голове словно что-то раскололось и выпустило воспоминания, которые я каким-то образом забыл, доктор… - он сдавленно смеется и отворачивает голову в сторону, медленно наклоняя ее из одной сторону в другую, пытаясь собрать кусочки пазла воедино.

Я смотрю на него и на меня накатывает волна мурашек. Я медленно втягиваю носом воздух, и чувствую, как от него исходит запах подземелий, сырости, металла и крови. Мой взгляд блуждает по его шее и цепляется за длинные шрамы от ожогов, затем нервно опускается на кисть левой руки, исследуя область возле большого пальца. «Х71» - еле видное клеймо, которое я оставила около 150 лет назад, означающее, что исследуемое существо прошло инициализацию и числится в базе данных.

Я вжимаюсь в кресло, судорожно собирая разбегающиеся мысли в кучу. Мои пальцы по привычке отбивают четкий ритм по подлокотнику кресла, удары похожи на вспышки молний.

- Я вспомнил какие-то расплывчатые моменты, помню медицинские инструменты в своем теле, женский и мужской голос надо мной, огонь, прижигающий раны, мигающий свет и…звук… - он резко поднимает голову и, в ужасе приоткрыв рот, указывает пальцем на мою руку, стучащую по деревяшке. – Этот звук…вашей руки…

- Ох, уверяю Вас, - как можно мягче произношу я, но тело невольно напрягается, словно готовится к атаке. – Точным ритмом на приемах пользуются многие психотерапевты, это помогает пациенту правильнее излагать свои мысли, так сказать, упорядочивает их. – Я смотрю прямо в глаза, накручивая свои слова на пластинку мыслей в его голове. – Воспоминания, тем более расплывчатые, очень легко подстраиваются под Ваши собственные домыслы, мозг самостоятельно додумывает то, что не может вспомнить.

Он неотрывно смотрит на меня, но в момент, когда голос невольно вздрагивает на последней фразе, дымка в его глазах рассеивается.

- Я помню ваши руки,   - шипит мужчина. – Сейчас они в ажурных перчатках, но тогда они были в крови. В моей крови, доктор Лэттпир.

0

44


https://78.media.tumblr.com/0ada79a42770e52ccd4016b30738fe36/tumblr_nm0x94X4431rqlpoto1_500.gif
jesse williams | ricky whittle | любая прекрасная шоколадка на ваш выбор

► Имя Фамилия: [???] Saint-Claire | [???] Сент-Клер
► Возраст: 27 - 35 [в зависимости от выбранной внешности]
►Трудоустройство: врач | полицейский | на выбор игрока

► Вид: человек
► Легенда: отношение к легендам скорее нейтральное - не доверяет, но и не стремится запинать ногами

► Способности

Навыки - в зависимости от выбранной профессии, так или иначе склонен спасать жизни, наследство от пра-пра-пра-пра-тысячу-раз-пра-дедушки, графа Сент-Клера из сказки о рыцаре-эльфе; остальное на усмотрение игрока

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

У жизни порою крайне паршивое чувство юмора, и наша с тобой история - прямое тому доказательство. Потому что как и несколько последующих, первый раз мы сталкиваемся нос к носу совершенно случайно. Два незнакомца в баре, я - в кругу друзей и знакомых, ты - один на один со стаканом и откровенно паршивым настроением. Потерял пациента во время операции на работе? Или свидетеля по делу убило шальной пулей? В тот момент совершенно не ясно, кем ты работаешь, зато становится понятно, насколько хреновый у тебя выдался день, когда случайно выбитый из твоей руки напиток вызывает бурю негатива и пьяную попытку вломить парню из моей компании "за дерзость". Я, конечно, не герой, но вступаюсь моментально в надежде разрулить ситуацию мирными путями, только вот сам не замечаю, как ты жмёшь на все правильный кнопки, превращая взвешенные и спокойные речи в яростное шипении. Как только можно быть н а с т о л ь к о раздражающим? Слово за слово, ситуация накаляется, и в сердцах я бросаю ровно ту же фразу, что сказал когда-то одному журналисту, настойчиво рекомендуя засунуть несчастную бутылку дешёвого пойла себе в задницу. Дальше всё происходит слишком быстро - в долю секунды приходит осознание, что как и журналист, ты едва ли сможешь не выполнить мои прямые указания на глазах всех моих знакомых, в следующую долю секунды ужас обрушивается на меня во всю силу вместе с паническими мыслями, как же, чёрт возьми, исправить эту ситуацию, пока не поздно, и вернуть себе обычную человеческую жизнь без явного проявления собственной легенды, но решает всё третья "сцена", где вместо выполнения приказа под гипнозом ты просто бьёшь под дых со словами "скажи спасибо своим очкам, а то ходил бы с разбитым носом" и уходишь. Очень долго не могу понять, что же именно чувствую по этому поводу. Всё же облегчение и злость - чертовски странное комбо...
Вторая встреча происходит ещё более нелепо, чем первая, и не могу сказать, что в сложившейся ситуации я счастлив тебя видеть.

вариант под профессию копа

Письмо на электронку приходит совершенно неожиданно, и анонимным фотографиям очень сложно не поверить. На каком-то заброшенном складе, адрес которого так же указан в тексте мэйла, в цепях насильно удерживают несколько существ, истязая и издеваясь всеми возможными и невозможными способами. "Правительство закрывает на это глаза, СМИ так же отказываются ворошить осиное гнездо, а потому вся надежда только на ваш блог". Разумеется, я бы должен отказаться и забыть об этом письме как о страшном сне. Но ведь любопытство берёт своё, а чувство справедливости не даёт покоя - что, если бы на месте ребят с фото был бы я сам?.. Я бы хотел, чтобы меня нашли. И помогли. Только вот история явно оказывается уткой, чьим-то пранком, и патрульная машина успевает перехватить меня, не сильно изящно висящего на заборе в попытке забраться на частную территорию. Узнаю твоё лицо моментально. "Лейтенант Сент-Клер", надо же. Должен отметить, без чудовищной бороды и трезвым ты выглядишь куда солидней и приятней. До тех пор, пока не припоминаешь прошлую встречу в комнате допроса, явно наслаждаясь ситуацией по-полной, даже если знаешь, что кроме предупреждения при предоставленных копиях пришедщих мне писем вменить мне нечего. Рискую и требую выпустить меня немедленно. Ничего, лишь надменная улыбка и внезапно появляющийся задор в глазах. Отвратительно.

вариант под профессию врача

Письмо на электронку приходит совершенно неожиданно, и анонимным фотографиям очень сложно не поверить. На каком-то заброшенном складе, адрес которого так же указан в тексте мэйла, в цепях насильно удерживают несколько существ, истязая и издеваясь всеми возможными и невозможными способами. "Правительство закрывает на это глаза, СМИ так же отказываются ворошить осиное гнездо, а потому вся надежда только на ваш блог". Разумеется, я бы должен отказаться и забыть об этом письме как о страшном сне. Но ведь любопытство берёт своё, а чувство справедливости не даёт покоя - что, если бы на месте ребят с фото был бы я сам?.. Я бы хотел, чтобы меня нашли. И помогли. Только вот история явно оказывается уткой, чьим-то пранком, и в попытке сбежать с частной территории незамеченным я цепляюсь штаниной за забор и лечу вниз, отделываясь лишь вывернутой лодыжкой - не смертельно, но чертовски больно. И отсидев очередь в больнице и войдя в кабинет, разумеется, вижу не кого-то там, а "доктора Сент-Клера". Звучит гордо, только вот разве врачи не должны лечить и не калечить, например, поддав под дых в баре?.. Должен отметить, без чудовищной бороды и трезвым ты выглядишь куда солидней и приятней. До тех пор, пока не припоминаешь прошлую встречу, нажимая на и без того разрывающуюся от боли лодыжку куда сильнее, чем того требует процедура. Рискую и требую прекратить это издевательство немедленно. Ничего, лишь надменная улыбка и внезапно появляющийся задор в глазах. Отвратительно.

В третью нашу встречу я почти рад тебя видеть. Не знаю, что в ту ночь подмешивают мне в напитки, но из бара "подышать воздухом" я выхожу один, не сразу замечая, что за мной идёт "хвост". Видимо, некоторым людям нескольких отказов недостаточно, и полвечера пристававший парень решает идти напролом - вжимает в кирпичную стену тёмного переулка прямо за баром, бормочет страшные вещи про "что, теперь не сможешь мне отказать, да?", и я открываю рот, чтобы ответить, заставить его перестать, но язык еле ворочается, ноги совсем ватные, и мир плывёт, кружится, вращается до лёгкой тошноты. Из глотки вырывается лишь невнятное шипение, и рот мигом затыкают поцелуем. Мерзким, грязным, противоестественным. Мне хватает сил только на то, чтобы дёрнуться, паника внутри - горящая, ровная, истеричная, в ней не выделяется решающая сильная эмоция, потому что оно от и до - сплошь сильная эмоция. Как и всегда, всё происходит в одну секунду, пусть и тянется словно в замедленной съёмке: в качестве ответа на слабые трепыхания под рёбра несильно, но ощутимо, в откровенной угрозе упирается нож, я вижу, как ты появляешься из-за угла с сигаретой в зубах, явно в поиске тихого места для перекура, роняешь эту сигарету от открывшейся картины, срываешься навстречу, кажется, желая помочь, но не успеваешь - острый испуг от ножа делает своё дело, и за спиной материализуются, расправляются огромные крылья, отталкивают извращенца прежде чем вознести меня вверх, благо, всего лишь на пару метров, ведь слабость от подсыпанного вещества тпочти что моментально берёт верх, вырубая ещё на подлёте к вороху мусорных мешков. Просыпаюсь я многим позже в твоём доме, и тут-то на самом деле и начинается наша история...

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Да, это заявка на пару, прошедшую все круги ада, типичное "всё сложно" и изрядное количество ситком-моментов. У меня очень много идей касательно развития отношений персонажей, и есть даже одна маленькая сюжетная ветка, которую я приберёг на сладкое, для россказней лично и доработок вместе, но которая объясняет иммунитет к способностям Би :З
Собственно, я бы в целом очень хотел всю нашу историю дорабатывать вместе, потому что заявка - это лишь примерный концепт и идеи для вдохновения, но мне очень-очень-очень сильно хочется, чтобы игрок сделал Сент-Клера действительно своим персонажем, дополнил его историю так, чтобы от моих предложений выше перс зависел ровно настолько же, насколько он зависит от предложений игрока. Единственное, что мне действительно важно, это контраст. Брайс по жизни довольно милый и плюшевый, но в нём сидит эта мощная и в целом не очень доброжелательная сущность, систематически вылезающая ему боком и кидающая в спонтанную яростьку. И в случае с Сент-Клером всё должно быть наоборот: он может казаться полным мудаком, грубоватым и хамовитым, но покоя не даёт дух пра-пра-пра-тысячу-раз-прадеда, графа Сент-Клера из народной сказки, его храбрость и готовность постоять за тех, кто нуждается в помощи, бодрость и доброта, просто припылённые суровыми реалиями нашего времени.
В общем, приходи, а? Я очень жду! И даже не настаиваю на внешности Джесси, если она не вдохновляет тебя так, как она вдохновляет меня - от образов из Детройта ничего нет ни в МакАйвере, ни в планах на Сент-Клера, так что этот момент не принципиален, хоть Джесси и прекрасен как тысяча рассветов. И профессию можно взять другую, если два указанных варианта не кажутся логичными. Словом, я готов обсуждать персов вдоль и поперёк, стучи в гостевую, и я с радостью отзовусь, обменяюсь средствами связи и затискаю до взаимного щенячьего восторга~

пример поста

Утро Брайса начиналось стабильно: с чашки крепкого кофе и мороженого. За две недели на новой работе он уже заслужил пару красноречивых взглядов, обычно характеризующихся словами "dirty look", когда в первый же день заявился за полчаса до начала смены, доедая эскимо и даже не морщась от холода. Разумеется, ни с кем кроме начальника объясняться по этому поводу он не планировал, и хвала вселенной, тому не было дела ни до десертов, ни до леденцов, ни до прочих сладостей, пока фантики не шуршали под его ногами, а работник не общался с ним и с окружающими с набитым ртом. С шутками о фигуре, которой так и так ничего не грозило - уж он-то успел проверить за долгие годы стажа сладкоежки - вполне себе можно было жить, да и после комментариев про акцент, в котором "и так без ста грамм не разберёшься", ничего его уже не пугало.
- Доброе утро, Глэдис, - теперь уже привычно поздоровался он с явно привыкшей к смене секретарей и потому не особо спешащей запоминать его имя уборщицей на выходе из грузового и единственного на здание лифта, практически обтанцовывая мокрые и сладко пахнущие каким-то химическим средством, изначально и загнавшие его в лифт пятна на полу, и открыл двери в свой кабинет. Пожалуй, это помещение плохо вписывалось в стандартные представления людей о скотобойне. Когда МакАйвер пришёл на интервью, он ожидал чего угодно, вплоть до забитых до верхов холодильников и страшных чертежей по правилам разделки скота прямо в кабинете, но уж точно не чистой светлой комнаты без единого намёка на запах сырого мяса или чего похлеще, с хорошей звукоизоляцией и вполне себе официально-офисной атмосферой. Ловко включенный первым же делом кофейный аппарат приятно жужжал, маня, обещая вторую дозу эспрессо, столь необходимую, чтобы проснуться и войти в стандартный режим электровеника, и даже мысль разносить визитёрам кофе по необходимости, как и положено секретарям время от времени, не вызывала чувства протеста. Разумеется, две недели было слишком мало, чтобы действительно полюбить работу, и уж тем более ту, душа к которой не лежала так, как к делу жизни, но и жаловаться ему было не на что. Привыкший учиться и быстро соображать, Би неплохо справлялся даже с казавшимися запутанными в первые дни таблицами и отчётами, сверяя цифры, обзванивая для него пока ещё безликих и малознакомых работников с первого этажа, рассылая и проверяя необходимые электронные письма поставщикам и закупщикам, и всё реже забывая переключаться на правильный оксфордский акцент по телефону.

План работы на этот день, как и на любой другой, впрочем, уже вполне можно было назвать устоявшимся: помимо отчётов за день и текущих дел, у Брайса чесались руки продолжить разбираться со шкафом с документацией в углу офиса, не сдающимся под напором новоиспечённого работника будто бы из принципа. Винить шкаф в подобном к себе отношении он не мог: даже по самим бумагам и их организации - или, вернее было сказать, по полному отсутствию организации? - было понятно, что работницы на его новой должности не задерживались надолго, а те, кто задерживался достаточно, чтобы успеть влиться в коллектив, по тем или иным причинам оставляли хаос из бумаг не тронутым, просто вводя свою, новую систему для грядущих папок, явно не имея ни малейшего представления о том, что только усугубляют уже имеющуюся проблему в документации. Каким бы творческим бардачником Брайс ни был дома, со стопками книг на полу и раскиданными статьями на письменном столе, на работе он предпочитал превращаться в зануду-педанта, что в далёком забеге обещало сохранить ему немало времени, ведь всё необходимое можно было бы найти на своих законных и вполне себе однозначных местах. Его предшественницы явно не разделяли подобную прагматичную позицию. И чем больше Би копался в многочисленных рабочих бумагах, чем больше находил отчётов и сводных таблиц за 2014 год в папках, например, 2016-ого, тем яснее становилось, почему его вопрос о веренице секретарш "до" Фредерик встретил коротким и ёмким "не справились". Ещё бы. Какой бы монотонной эта работа по перекладыванию бумаг ни была, сколько бы времени ни занимала даже у него, справлявшегося со всем как правило в несколько раз быстрее остальных, её нужно было сделать, тем более что скотобойня не была похожа на редакцию журнала, где звонки никогда не стихали, электронные письма никогда не заканчивались, посетители всегда требовали по три чашки кофе подряд, а дэдлайны поджимали, превращая довольно-таки приятных в любой другой день сотрудников в гарпий и фурий, лучше не подходить. Нет, в этом офисе за две недели ещё не было ни одного по-настоящему безумного дня, и даже грядушие отчёты за месяц не сильно добавляли хлопот. Время на разбор бумаг у него было, и это было в разы лучше, чем сидеть в перерывах между основной работой без дела.

Но прежде чем хвататься за архивы, нужно было проверить вчерашние бумаги: риск отправиться следом за бывшими сотрудницами мало прельщал юношу, а потому одна из первых заведённых им рабочих привычек относилась к быстрой перепроверке собственных трудов с прошлого вечера, чтобы никакие невнимательность с усталостью не вставали на пути к успешному выполнению долга. И полезная привычка перепроверять всё в начале дня его не подвела: убегая прошлым вечером домой в спешке из-за договорённости о раннем семейном ужине, Брайс действительно оставил на своём столе одну из папок с отчётами, с первого числа месяца по пятнадцатое, в которые сам Би ещё не работал, но чужие "хвосты" подчистил и подбил таблицы как надо, без нелепых ошибок и расхождений в цифрах, как и попросило начальство, явно не сильно веря, что он с этой заваренной не им кашей действительно справится.
- Только ты можешь сделать всё от и до, чтобы впечатлить нового босса, и забыть занести всё вовремя, - буркнув себе под нос недовольно и еле удержавшись от того, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лбу, МакАйвер постучал в дверь кабинета мистера Дэвиса - суровая привычка и вопрос воспитания, разумеется, потому что в столь раннее время шансы застать Фредерика на рабочем месте были крайне малы - и прошёл внутрь, уже знакомый с обстановкой и потому не останавливающийся, чтобы что-то рассмотреть, как бывало в первую неделю. Судя по состоянию рабочего стола, начальник накануне тоже уходил в спешке, ну или как минимум в крайней степени усталости, потому что привычный порядок на столе сейчас сменился ровным слоем хаотично разбросанных бумаг. В таком творческом бардаке принесённая им папка могла с лёгкостью затеряться, так что лучше было освободить немного места по центру стола, собирая разбросанные листы в аккуратные стопки, из одной из которых всё же выпала пара документов, улетая куда-то на пол. В изначальный план секретаря входило поднять бумаги и вернуть их на место, только вот к своему несчастью, Би успел заметить заголовки этих бумаг, так и замирая на всех четырёх на полу возле шкафа, разглядывая ровные ряды данных. Та ещё картина, если задуматься, за которую могли бы и уволить, если бы увидели, только вот о собственном нелепом виде "на карачках" совсем уже даже не в своём кабинете он думал в последнюю очередь - сейчас Брайса привлекало то, что бумаги в его руках, охватывающие всё тот же период с первого по пятнадцатое, отличались по показателям от тех, что он обработал и распечатал ещё вчера. Суммы денег и количество разделанных на скотобойне туш, конечно, не различались драматично и глобально... но всё же расходились. Находка была волнующей, интригующей, а потому копии документов быстро оказались в ящике его рабочего стола, а оригиналы вернулись в общие стопки, словно бы ничего и не было.

Разумнее всего было не лезть не в своё дело. Ему дали с чем работать, дали нужные и правильные на взгляд мистера Дэвиса копии и данные, а значит, и работу он должен был выполнять по ним. Но любопытство в нём всегда было сильнее здравого смысла, как и желание докопаться до истины, а потому, коротко поздоровавшись с боссом когда тот объявился на работе и передав ему уже подготовленную утреннюю папку с распечатками писем, требующих непосредственного внимания главы скотобойни, и сводкой по звонкам и визитам, он мигом вернулся к папкам с архивом, концентрируясь теперь уже не только на том, чтобы привести всё в хронологический порядок, но и на попытках понять, нет ли в истории компании подобных же расхождений в цифрах и прочем. Через три часа работы МакАйвер мог утверждать смело и безбоязненно: случай с началом мая не был единственным. В каждом предыдущем месяце обнаруживались небольшие расхождения по количеству крупного рогатого скота, поступившего на убой, и туш, ушедших в дальнейшем на продажу. На фоне общих многотысячных поступлений, пропадающие стабильно двадцать пять, иногда тридцать туш в месяц не сильно бросались в глаза, но вместе с тем не давали Брайсу покоя: если правильные цифры хранились у босса в кабинете, значит, он был в курсе. Раз меры не были предприняты, значит, его всё устраивало, а это уже свидетельствовало о непосредственном участии самого Фредерика в хищении имущества фирмы. От самовольной продажи такого количества разделанного мяса вряд ли был толк и сильно большая прибыль "на карман", куда меньше, чем мужчина мог заработать официально, но тогда... зачем? Зачем ему это было нужно? Выбирая между "смолчать и проследить, что будет происходить дальше" и "немедленно выяснить, что же происходит", конечно же, должно было выиграть первое. Выиграло бы, если бы чья-то пятая точка с самого детства не любила приключения больше самой жизни.
- Мистер Дэвис? - стук в дверь под конец рабочей смены выдавал нервозность своей частотой и торопливостью, а беспокойные пальцы свободной, не сжимавшей крепко папку с бумагами-доказательствами руки нервно поправляли бутафорские, но уже такие привычные ему очки. - Я не займу много вашего времени, я просто хотел бы кое-что уточнить, - решение, разумеется, было принято им ещё пару часов назад, но слова из-за этого не давались легче, наоборот, Брайс ловил себя на желании раскланяться и рассыпаться тысячей извинений за беспокойство, сбегая с места преступления в спешке. Но отступать было поздно, а говорить - рискованно, ведь каждое сказанное им слово выдавало бы все его сомнения в правильности конфронтации, да и наверняка с лёгкостью могло быть использовано против него. Причины нервничать и закипать, теряя контроль над собой и над тем, что он в моменты душевного беспокойства был способен делать, ему сейчас были не нужны, потому молча и без лишних слов он разложил на прибранном уже столе начальника все подготовленные листы со сравнениями данных по датам и даже годам, с трогательно обведёнными красной ручкой числами тут и там, да приписанными знаками вопросов возле отличающихся на стандартные двадцать пять - тридцать чисел по количеству разделанного скота. Коротко набрав полную грудь воздуха и убедившись, что слова звучат максимально безобидно, он выпалил как на духу. - Разбирая старые бумаги, я обнаружил ежемесячную пропажу разделанных туш, и у меня есть все основания полагать, что вы в курсе происходящего, но ничего с этим не делаете, а значит, вы замешаны, что мне в корне не понятно. Возможно, я упускаю что-то из виду, но как работник, отвечающий за отчёты и точность данных, я хотел бы понимать, с чем именно имею дело.

0

45


http://funkyimg.com/i/2K4kR.gif
Emma Stone

► Имя Фамилия: Ursula Valerie Buckley | Урсула Валери Бакли
► Возраст: 29 лет
►Трудоустройство: см.ниже, там понятней

► Вид: легенда
► Легенда:   

клурикон (clurichaun)

Родственные лепреконам существа, как бы подвид лепреконов. Клуриконы могут украсть или позаимствовать практически все, что угодно, по ночам клуриконы обчищают кладовые и винные погреба, запрягают овец, коз, собак и даже домашнюю птицу и катаются по округе. 
Грубо говоря - разновидность брауни, в отличие от которого, однако, никогда не помогает в домашнем хозяйстве. Впрочем, и мешать тоже не очень-то мешает, по крайней мере до тех пор, пока не наберется горячительного по горлышко. А надобно знать, что клурикон обожает подвалы, в которых хранится спиртное. Он большой любитель отпить винца из разных бочек, бочонков и бутылок, не зная меры. Поэтому все обычно заканчивается тем, что поднабравшийся клурикон рычит, верещит, вопит, поет, отрыгивает и шумит сильнее, чем полтергейст.
Ирландские духи погребов, напоминающие своим видом крохотных хозяев постоялых дворов: панталоны, чулки, туфли с серебряными пряжками, белые рубахи, фартуки и красные колпаки. Они живут в винных погребах, на постоялых дворах и в домах. Если хозяйство ведется хорошо, клурикон никому не причиняет вреда, лишь берет свою долю еды и напитков. Однако в плохих гостиницах и тавернах он поглощает еду и выпивку в таких количествах, что вскоре начисто разоряет хозяина. Если хозяин дома не дурак выпить, то и клурикон, подражает ему, станет вливать в себя так много спиртного, что хозяину останется лишь удивляться непомерному числу пустых бутылок.
Самое худшее, на что способен клурикон, - это сделаться горьким пьяницей. В доме, где обитает такой клурикон, постоянно раздается звон бьющихся бутылок, слышны пьяные крики и песни, грохот из подвала. Есть лишь один способ обуздать клурикона – убрать из дома все спиртное, лишить его выпивки. Пожив немного в трезвости, клурикон отправится искать более гостеприимное пристанище.

► Способности

- управление животными;
- невидимость
- непревзойденная ловкость клептомана-карманника
- уменьшение в размере в процессе перекидывания в истинную форму (25-30см)
- заводила, причем магия это или характер - непонятно
- удачливость, распространяется только на Урсулу
слабости: алкоголь, от пива и сидра до виски и водки. Женский алкоголизм дело не шуточное, так что Урсуле приходится сдерживаться всеми силами. Но она не однократный чемпион всяких там выпивальных фестивалей и конкурсов.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
YOUR HISTORY
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Стоит один раз забыть об осторожности, как судьба, случай, жизнь - использует это с таким размахом, что становится страшно. Урсула Валери Бакли. Родилась в Клегане (Ирландия), где и провела большую часть своей жизни. Недолгое обучение на фотографа, несчетное количество курсов на любой вкус и цвет, совершенно несочетаемых друг с другом - попытки найти себя.
"Вот, вот смотрите, это моя бабушка". Эта твоя бабушка очень смутно отложилась у меня в памяти, и мелькается где-то между рыбацкой лодкой и копной сена в полуразвалившемся амбаре при мелкой церквушке. Или все-таки нет? В общем, да, Урсула Баркли - ты представилась моей внучкой, потому как дочкой приходиться не можешь, но "о мой бог, вы так молодо выглядите, а ведь вам должно быть не меньше восьмидесяти!", а потом твое милое личико озаряет хитрая, хитрющая улыбка, голос падает до игривого шепота и "и я знаю, почему". А вот я не знаю, каких трудов тебе потребовалось и сколько времени ты убила на то, чтобы перерыть скудные архивы своего небольшого городка. Не знаю, какими клешнями ты вытягивала из своей бабули "информацию", даже думать боюсь о том безумном стремлении - найти своего деда, которое и привело тебя сюда, в Шотландию. Но вот ты, на пороге моего дома, с чемоданом, сумкой с камерой, и бутылкой ирландской картофельной водки. С невероятной историей, которая вполне может сочетаться с провалами в моей памяти. Ты знаешь слишком много - ты знаешь - кто я. Точнее, ты догадываешься, догадываешься, что Кит Булман и потенциальный дед с потертой невнятной фотографии на фоне похоронной процессии - не просто похожие между собой мужчины, пропасть между которыми составляет несколько десятков лет. Нет, ты убеждена, что это один и тот же человек. И вот ты здесь, в Эдинбурге, в самой гуще невероятных событий, уверенно, правдами, неправдами и угрозами втискиваешься в мою жизнь. Шантаж? О да, ты - мастер. Вынюхивать - я впервые встречаю девчонку с которая с упорством бронепоезда сует свой прекрасный носик везде и всюду не особо опасаясь того, что его отхватят по самую шею. Ты гордо называешь себя рупаром эпохи, блоггерихой, короче, ты очаровательно улыбаешься, совершенно покоряешь своей харизмой, бесстрашно всюду светишь объективом.

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
FOR YOU
▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Приходи, тебя ждут!
Я думаю, из заявки понятно, что появление Урсулы происхоит вот конкретно сейчас, в 2017 году, летом (в общем, как только придешь). Новый город, новое место, липовый (?) дедушка, попытки в новую жизнь, масса событий вокруг - потрясающий водоворот для молодой, веселой и амбициозной, невероятно очаровательной мошенницы. Насколько Горыныч с Урсулой родня - выясним по ходу, а так - для линий и действий места - просто непаханное поле. Выбрать сторону, сунуть нос куда не надо, вляпаться по самые уши или наоборот - сторониться всего ну излишне опасного - в ассортементе все, чего душа пожелает.
В багаже необходимо иметь желание не только играть, но и общаться - лужайка наша заобщает сразу. Чувство юмора, фантазия, активность в нормальном темпе (можно и активнее, никто не будет против).

пример поста

А ведь это могло бы стать концом. Наверное, даже грустным. Возможно , даже нашлись бы те, кто опечалился, загрустил, может, даже поплакал. Сам бы горыныч точно бы расстроился - ушел в самом расцвете сил, да еще так нелепо. Не как герой, не как злодей, а просто никак. И последним, что он увидел бы в своей жизни было бы не дуло пистолета, наставленное в голову, не сногсшибательная красотка, что с особо зверским наслаждением всаживала бы ему в грудь очень острый кухонный нож. Увы, увы. Последним стала бы морда фургона какой-то компании по переездам, взлетающие к синему небу пластиковые стульчики только открывающейся с утра кофейни, красный гидрант, игриво прижавшийся к правому бедру. А какие звуки все это сопровождали! Рыдание, которое из себя буквально выдавливал какой-то парнишка лет шести, перекатывалось в недовольное восклицание его, судя по виду, старшей сестры, которая собирала с тротуара рассыпанные конфеты. Откуда-то справа истошно лаял щенок овчарки, наотрез отказываясь учиться дисциплине и всецело предпочитающий грызть чью-то там дубинку (как вопил щенку чей-то голос). Эдинбург с головой окунался в новое утро, давая всем заряд необходимой энергии. Небольшой участок перед центральным отделением полиции, но сколько действующих лиц.
А потом медленно, но верно музыка для ушей любого довольного жизнью горожанина, превратилась в гул, скрип, треск и визг. А невольным главным действующим лицом стал Кит Булман, присевший на один из пластиковых столов перед кофейней и задумчиво смотрящий в телефон. Вид он имел весьма сосредоточенный, пускал клубы сигаретного дыма, подмышкой зажимал утреннюю газету. В телефоне не клеилась игра. Игре мешали всплывающие сообщения и оповещения, в общем довести свой “сад мечты” до нового уровня горынычу не удавалось. И вот примерно в этот момент все пошло наперекосяк. Ему протягивают его стакан с кофе, он похабно, но очень очаровательно улыбается, отвешивает комплимент юной девочке в клетчатом фартуке, отвлекается на орущего пацана. Девочка в фартучке разворачивается, из-за угла слышится рев мотора, Булман роняет газету, чертыхается. В общем стандартный алгоритм движений обычного человека. И вот потом тот самый стремительный крик, треск, хруст и звон. Девочку в фартуке Булман умудряется оттолкнуть в сторону с той самой своей нечеловеческой силой – девица отлетает едва не на пару метров, неуклюже заваливается на дорогу, с которой как раз и вылетел этот самый фургон. Звуков было много, звуки были разные, но последним, что слышал Кит Булман, был звук трещащих костей, хрустящего пластика и звон стекла. А последним что видел – подлетающий к синему небу раскуроченный пластиковый стул.
Слепая тишина.
Признаться честно – Горыня прошелся по краю и едва с него не соскользнул. То, что его насмерть не расплющило под колесами фургона – чудо. Таким же чудом стало и то, что в машине скорой помощи регенерация его была столько незаметной, что весь состав медиков не верил в успешный довоз живого тела шефа полиции. За время пути Булман даже пару раз приходил в себя. Видел мутно, дышал больно, слышал глухо – его будто затолкали в какую-то вакуумную обертку и при этом бросили на самое дно океана.
Поэтому то, как он оказался в реабилитационном центре Освобождения существ – стало для него легким открытием. Мерлин видимо ужом извернулся, раз Булмана за какие-то сутки, если не меньше, определили в личную палату, с личной акушеркой, телевизором и стопкой журналов. Два дня, гласила статья в свеженькой газете, состояние Кита Булмана было крайне тяжелым. Да, оно и было, потому как срасталось все медленно больно и вообще очень неприятно. В эти пару дней Горыня с ужасом думал о том, как Веля себе новые части тела отращивает. Теперь, все так же гласила статья, состояние многоуважаемого (да да, это я) сэра стабилизировалось, но все еще остается тяжелым.
Да, непростым было состояние. Очень непростым. Особенно те два дня, когда от боли восстановления сознание едва не выпадало из тела.
А теперь да. Стабилизировалось. Настолько, что Кит то и дело игрался с кнопкой регулирования кровати, чесал вилкой ногу под гипсом (сказали не снимать, потому как состояние тяжелое), очень активно клеил медсестер, умолял дать ему покурить и перестать подсовывать утку.
Маленький внезапный отпуск. Масса вопросов. Ни одного ответа и унылая карманная книжка, с заложенной в ней салфеткой-закладкой.
Когда дверь в палату прошуршала в сторону, Булман отнял взгляд от газетной статьи.
- Зворов, Денис. – он шмыгнул носом, складывая свое чтиво. Нога над койкой, в спускающейся с потолка петле, приветственно «помахала» пальцами. Внуку он звонил с телефона как раз таки одной из своих медсестер, жгучая брюнетка, глаза серые как вода в Балтике, голосок такой что им вулканы морозь. Так вот Денису была задача поставлена страдать как страдает сын чей отец геройски почти подох, а еще купить новый телефон, планшет, блок сигарет и чего-нибудь попить.

0

46

▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼▼
ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ЦИТАТНИК
Выпуск №13
13.07.2018 - 13.08.2018

▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲▲

Было так странно отвечать на совершенно банальные вопросы, разрешать какие-то абсолютно обыденные действия. Будто загнанный зверь, которого посадили на цепь и прогнули под себя, заставляя выполнять волю хозяина и на каждое действие просить разрешения. Я, обычно чувствующий себя легко и непринуждённо практически в любой обстановке, сейчас чувствовал себя весьма неловко. Невысказанные вопросы так и застыли в моём взгляде, не обретя словесной формы.

Adrian Morgan, they don't need to understand


О-о, эти секретарши… С ними каждый раз какие-то проблемы. То они не хотят спать с начальством, то начальство не хочет спать с ними, то они слишком умные, то слишком тупые, то утверждают, что забеременели, то обвиняют в домогательстве, то воруют что-то, то пытаются устроить диверсию…Какое-то проклятие, честное слово! Нескольких ведь даже пришлось убрать.

Frederick Davis, Curiosity killed the cat...


Сейчас она уже жила не в «бараках», а в комнате на четверых. И прикидывала, что может зарабатывать еще больше, и сможет выкупить здесь квартирку. Джей видела жилье, которое предоставляют «полезным» сотрудникам, и именно после этого стремилась стать полезной. Да, это все еще были подземные квартиры, а не пентхаусы, но, черт возьми, у Джей никогда не было своей квартиры, и она хотела ее сильнее, чем что-либо.

J. Kelley, Adults Only


Вот бы соседи удивились, если бы вместо лифта шахту раскрыл стремный бледный вендиго – самую малость под дурью. Во всем этом было жалко только одежду, при превращении она рвалась, а бегать голым по улицам города…впрочем, ладно, Андрей бы побегал. Кажется, когда-то давно он уже так и делал, только не мог вспомнить где и когда. В Москве? Или это было в Америке?

Andrey Yarmysh, Нахуй мы все долбоебами повырастали?


Она очень старалась не поворачивать головы, чтобы не смотреть на мужчину в упор — а очень хотелось. Рассмотреть, изучить, пощупать, исследовать. Порой ее стремление залезть пациенту — клиенту, если политкорректно — в голову было настолько сильно, что могло бы быть реализовано буквально. Но она не доктор Бейль — и никогда им не будет! Так что, слава всем существующим и выдуманным богам, Абигайл всегда очень вовремя осаживала свои душевно-интеллектуальные порывы — и ее интерес снаружи всегда выглядел крайне пристойно, в рамках профессиональной и общечеловеческой этики. Все-таки как славно, что окружающим не дано читать мысли.

Abigail Leary, Случайности не случайны


- Однажды жил в лесу один мужик. И пришел к нему как-то ночью волк… - начал Айдан тоном доброго дедушки, который рассказывает детям сказку, но заставил себя прекратить паясничать. - Ладно-ладно, было полнолуние, я перекинулся и бегал по лесу, пока не наткнулся на какой-то дом.

Aidan Kells, throwing punches


За смертью ребёнка их снова ожидали странные перемены. Можно скорбеть и плакать, можно воссоздать сейчас воспоминаниями образ мёртвой девочки, можно вытянуть друг из друга всю боль, рассматривать её, изучать по ней, как могут страдать взрослые мужчины. Но мёртвым всё равно. А здесь они живые, бессмертные. На плечах одного - судьба мира. На плечах второго - теперь, кажется, судьба первого.

Dominic Welsh, вот и все. ну и что?


Не было ни одной другой причины, которая заставила бы его так по крупному встрять в криминале, кроме Москвы. Эти хитросплетенные схемы доставок и злые дяди в шубах, по которыми прятался то ли жирок, то ли пистолет, как-то не восхищали его ни в Магадане, ни в Москве. Глеб был слишком простым для этого. Почти маменькин дурачок из деревни, и даром, что семьдесят первый год шел.

Gleb Strelkov, русский дух


Она любила природу. Как бы глупо эти слова не звучали, ибо утверждать это было сродни тому, что говорить: «Я люблю себя». Каждый клочок земли Британии находил отражение в душе сидхе. Даже уехав за тридевять земель, она могла бы в мгновение ока воскресить запах георгинов в сельской местности близь Лондона, шуршание прелой листвы в осеннем Эдинбурге, прозрачность вод Шотландии. Это всё была она – не в прямом смысле, конечно. Но именно такой её придумали люди – воплощение неумолимых природных сил.

Innis Attwood, Please, grow for me


Лекс должен был мучиться. Должен был страдать за каждый укол в сторону создания, с которым не смог бы совладать при личной встрече, вне всех этих игр в охотничье братство, в боевую группировку, в командиров и подчиненных, в людей и гномов. О, как это было оскорбительно — несколько лет пресмыкаться перед этим представителем проклятого человеческого рода и не мочь даже причинить ему боли, которой тот заслуживает… Не мочь взломать его рассудок и вывернуть наизнанку!

Ian Burns, The Good, the Bad and the Ugly


Мечты мечтами, но выполнять работу придется самостоятельно. Твою жопу никто не подотрет, пока ты сам этого не сделаешь. Суровая реальность.

Joseph Brand, How we gonna kill this thing?


Да, времена разговоров с попутчиками после каминг-аута существ сгорели на костре правды. Никто никому не доверяет. («Или я никому не?»). Теперь каждый боялся открывать рот.

Lex Keane, Случайности не случайны


Ничего удивительного в этом не было. Мир не перевернулся, небо не обрушилось. Просто однажды она пришла домой и обнаружила, что Её нет. Знаете, такое ощущение липкое, как когда осознаёшь, что обронил что-то важное. В районе загривка пробегает холодок, сердце подскакивает к глотке.
Чейс в тот день в квартире не было.

Martha Cajun, Hello


Их улыбки, намеки, некоторые жесты воспринимались ей как что-то само собой разумеющееся. Как обычный разговор двух коллег, вежливость, услужливость и дружелюбие. Куда не глянь, сплошь друзья. Кто бы мог подумать, что не друзья, а печальная френдзона.

Nathalie Dupont, прелести гадского дня


Нет, Сара ни разу не усомнилась, что для своего предприятия выбрала правильного соратника. И они даже умудрились найти возможность дать измучанным под гнётом людей животным новый дом. Так хотелось верить дриаде, а она с удовольствием верила в то, во что ей хотелось

Sara Underwood, Ограбление по-дриадски


Тейт стягивает с себя пропитавшуюся кровью этого мудака футболку и выбрасывает ее в пламя. Они отходят на безопасное расстояние, когда пламя освещает весь квартал и из окон начинают выглядывать люди. Еще пара мгновений, чтобы убедиться в неузнаваемости обгоревшего внутри тела и они уходят в темноту проулка.

Tate Archer, Die, die my darling


Максимум, что он бы сделал – это купил бы кактус, который цветет. Вроде тебе и цветок, а вроде и заморачиваться особо не нужно. Полил раз в неделю и все довольны.

Tyler Anderson, Come with me now


Заныривая с камушка в пруд без брызг, как заправский пловец, Оззи подумал, что в том доме, который называли “пьиут” - слово, которое никак не получалось повторить -  ему воспитательницы нравились больше – они говорили медленно и какие-то знакомые звуки. Они красиво открывали рот, говорили мало, и он что-то понимал.

Ozzy Kipling, Тот, кто сидит в пруду


В голове было немного туманно, но легче, чем обычно. Немного кружился мир вокруг, давило это дитя из металла и кожи на шее, хотелось пить, но я молча ждала Роберта. Я не хотела больше новых синяков и ссадин. Хотя и понимала, что их мне не избежать. Как понимала я и то, что довольно скоро Роберт не сможет остановиться и убьет меня. Я даже не была расстроена этому. Смерть казалась мне вполне логичным выходом из сложившейся ситуации. Но у жизни, кажется, были совсем иные планы на мой счет.

Saalinj Kintu, they don't need to understand


Вот же ему не поебать, кто там из заложников кто. За случайные жертвы среди людей им, разумеется, устраивают втыки куда серьезнее, чем за легенд, но, в целом, гражданские и в Африке гражданские. В них стрелять нельзя, понятненько?

Dan Gorsky, Collateral damage


Да и, надо признать, ситуация «в главный штаб заявилась девушка, утверждающая, что ей нужно проверить, какие трусы на Маме» развлекла бы охотников, ну, от силы, минут на пятнадцать. Возможно, ему бы ещё потом пару раз об этом напомнили, и всё. У них там каждый день и не такое бывает.

Frank "Mama" Morton, Bubblegum & chocolate


Снова по кругу, практика, теория, практика, всё в стенах родной тюрьмы, единственная радость в которой – Мама, с которым можно было потренироваться на ринге, которого можно было попросить погладить винтовку, ну или не винтовку. Короче, с Мамой было хорошо. С остальными – не очень.

Amanda Candy, Тот, кто сидит в пруду


Слышит звук открывающейся двери и приглушённый разговор, но не придаёт значения — это же не выстрелы и возгласы в духе «ты, Симпсон, опять трахал мою сестру?».

Talib Simpson, 1995 DREDD


Шаг назад как отказ от агрессии. Или как ускользающая возможность достичь желаемого?
Да, бушевали страх, обида, боль и гнев, но и легкий трепет от близости тел, что не раз сплетались воедино, имел место быть. Он закрался на уровень рефлексов, не поддавался контролю.
Нет, внимание к первоочередному, глупое сердце, не бейся.

Charlotte M. Kane, Прошлого не вернуть, а от будущего не убежать


Даже свои драконы имелись. Вернее, один. Змей. Имя не отражало сути, потому как истории о нем были гораздо внушительнее. Помимо того, что сказывали про то, какой он огромный и огнедышащий, подумать только, трехголовый, а кто-то говорил, что их больше. Казалось бы, что еще-то может быть?А нет, так еще и гурманом великим оказался - дев невинных предпочитал в пищу. В общем, можно было не дослушивать весь список, а собираться в поход, еще после момента с поджогами.

Cordelia Queen, первое впечатление


- Айлен Гилберт Милн.
Чётко, тихо, звуки собственные глотая, боясь быть громче или потому что привычка. В доме Иннис Аттвуд никогда не было громких речей – весь ужас заключался в шепотках, в смехе тихом, которые преследовал его всюду, куда бы он ни шёл. Вот и сейчас – каждая его частица переходит в привычную слабость, в привычную податливость перед неизвестным, тем, кого нужно опасаться.

Ailean Milne, I miss the bad things


Зачем ему это было нужно? Выбирая между "смолчать и проследить, что будет происходить дальше" и "немедленно выяснить, что же происходит", конечно же, должно было выиграть первое. Выиграло бы, если бы чья-то пятая точка с самого детства не любила приключения больше самой жизни.

Brice McIver, I miss the bad things


Тактикой Эйлин на приемах было доведения пациента до точки морального надлома – момента, когда удары по самому больному месту заставляют пациента говорить то, что они действительно думают, без страхов и без жалости к самому себе. В случае с Самантой, Эйлин не желала этого делать, потому что всеми поджилками чувствовала угрозу и опасность, однако сопротивляться своему нутру девушка не могла.

Eileen Lattpear, Белый шум


О! - Факер будто новыми глазами посмотрел на Аманду. - Ты же женщина! И значит - твое место на кухне!
Тут он вспомнил про феминизм и эмансипацию, все ж таки в Европе живет, и быстро поправился.
- Ну в смысле, у тебя наверняка  больше шансов найти там еду, чем у меня. Давай ты пошаришься по шкафчикам или где там еще… А я пока проверю сети, вдруг какая рыба попалась, - врал он, как на голубом глазу.

David Focker, Life is a beach


- Стиль «баттерфляй» на водной глади… продемонстрировали….девы – Булман, подтянув сползшие спортивные штаны, подхватил поднос, и замурчал под нос незатейливый куплетик. Ужин будет в постели, под какой-нибудь мелодраматичный фильм, ну или под фильм от би-би-си, про то какую власть над миром и природой имеют грибы.

Keith Boolman, Соседка лёгкого поведения


Действовать приходиться по зову сердца. Мэри бросается к скамейке, выравнивает жертве ноги, сложенные под странным углом, усаживается на край и подтаскивает дамочку повыше, чтобы положить ее голову себе на колени. Занавешивает безжизненное лицо с полуоткрытыми глазами ее же волосенками. И к моменту, когда нечаянные свидетели оказываются совсем рядом, мисс Холден начинает заботливо наглаживать трупешник по спине, приговаривая, что все будет хорошо, все образуется, и не надо так напиваться, ну и что, что он изменил тебе с твоей кузиной и ее собакой, главное, что мы есть друг у друга и мы королевы, пусть плачут те, кому мы не достались и сдохнут те, кто нас не захотел!

Mary Holden, don't touch my deadman


Если бы кто-нибудь когда-нибудь бы узнал об их отношениях, то наверняка бы сказал, что они были чертовски неправильными. Не только потому, что отношения между мужчинами карались законом. Не только потому, что временами этих двоих мужчин связывали деловые отношения, а юристам любой должности не полагалось спать с теми, чью честность они ставили под сомнения. Это были, с какой стороны ни посмотри, не самые здоровые отношения. С обидами, расставаниями и физическими травмами. Но черт, как бы Малкольму снова хотелось хотя бы на пять минут почувствовать, что они были вместе.

Malcolm Montgomery, help me out


Но больше всего ее бесит другое - щиплющая боль то в левой, то в правой руке в районе локтя. Нет, ну серьезно, если это какой-то дрянной кошмар, навеянный страшилками и ужасами, то пускай он хотя бы с рукой определиться!

Samantha Lawrie, Белый шум


- Майк? – бывает же такое, что псу показывают пищащий мячик, и мир этого пса сжимается до того самого пищащего мячика. Вот именно до таких размеров сузился мир Майка Буканана, только что забравшего у нее из рук стакан с холодным коктейлем. - Майк. – она аккуратно царапнула длинным ногтем колено мужчины и наконец повернулась в ту сторону, где он увидел этот чертов мячик.

Sidney Yang, Лето. Отпуск. Триллер.


- Не знаю, кто и что тут мутил – но я не при деле. Нахуй надо связываться с… кем бы то ни было, своих заёбов хватает.
Звучало глупо и по-идиотски, хоть и было правдой. Сам Тони на чужом месте себе бы не поверил – и пристрелил.

Tony Russo, When the hounds are out


Тогда он готов был раскроить проклятому Фениксу череп. Заковать его в цепи, запереть в сейф и бросить на дно Марианской впадины. Тогда ли все пошло наперекосяк? Но она сказала, что он не виноват. Сказала, что газеты все врут, потому что она точно знает, что он не такой.
Конечно, не такой, девочка, конечно, он лучше. Мы дадим ему еще один шанс.

Walter Shaw, вот и все. ну и что?


Во всяком случае в роли «любовницы в мужской рубашке» Сун себя видеть точно не хотел, хотя бы по той весомой причине, по которой у него отсутствовала грудь третьего размера и все остальные соответствующие параметры, но с другой стороны, зачем оставлять в чужом сознании столь избитые образы, если можно перевернуть это себе на руку.

Zhou Sun Fei, Come with me now


— Франклин, ты мне обломал романтику, ты на часы смотрел, братиш? Надеюсь, у тебя умерла бабка, что ты так долбишься, или я клянусь... — запинается, увидев вытянувшееся лицо соседа; драйв отпускает. — Забей. Чё надо?

Timmy Turner, 1995 DREDD


Не то что бы в переулках у Бешеных Псов была какая-то нездоровая или излишне романтичная атмосфера. Не то что бы Чейс так любила ебстись по помойкам. Просто как-то так удачно совпадало, что то её не очень удачно ждали в этих самых переулках мудаки, с которыми она судя по всему была слишком мила во время смены, то она пребывая не в самом удачном расположении духа в этих самых переулках рассчитывала поднять себе настроение за счет этих самых мудаков. Чужая похоть и желание бодрит лучше любого кофе.

Chasey Lain, Hey girl


- Суки, мы не для того его ловили! Блядь, поймали обратно быстро! Лекс, мать твою, оживай, тут тварь вырвалась, у кого-то сейчас инфаркт будет! Ты! – он нашел взглядом человека за пультом, ткнул в него пальцем. Палец дрожал. - Беги отсюда, сука, я тебе шею сверну! Дайте мне пистолет!

John Hagen, The Good, the Bad and the Ugly


Не смей открывать свои проклятые глаза.
Смешно, но, если с этого дня мои глаза действительно способны обращать что-то или кого-то в камень, от них теперь появилась хоть какая-то польза.

Beatrice Crowley, Hello. Martha, it's me. I think, i'm sick.

0


Вы здесь » highway to hell » партнерство » WANDERLUST


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC